Мате-аргентинский напиток

Автор
В. Резниченко

Мате – аргентинский напиток

Я уезжал из Аргентины, и мне хотелось привезти в Москву сувенир на память об этой стране. Полдня бродил я по Буэнос-Айресу, но так ничего и не купил. Какую вещь приобрести? "Болеадорас" – веревки с каменными шариками на концах, которыми в Патагонии ловят страусов и оленей? Или "чаранго" – индейский струнный инструмент с корпусом из панциря броненосца? А может, фигурки птиц из родохрозита – красивейшего камня, называемого здесь "розой инков", или гигантские узорные стремена местных скотоводов гаучо?

Около небольшой лавчонки я задержался дольше обычного и, наверное, обратил на себя внимание продавца – пожилого человека в потертой шляпе и цветастом шарфе, несколько раз обмотанном вокруг шеи. Остро взглянув на меня, он наконец решился спросить, что бы я хотел купить. Услышав о том, что я ищу самый-самый аргентинский сувенир, понимающе кивнул и уверенно произнес: – Тогда вам не нужны ни андская флейта, ни бычий череп, ни модель парусника, ни шпоры... Послушайтесь совета старого Хосе Морено – купите мате...

Как же я мог о нем забыть! Мате – так называют и небольшой сосуд-тыквочку, и напиток, который в ней готовят и из нее пьют. И порошок, используемый для приготовления этого напитка, и дерево, из листьев которого этот порошок делается, тоже называется мате.

Впервые я попробовал его в Сан-Лоренсо, небольшом городке на берегу реки Параны. Местный муниципальный советник, глава любезно принимавшего меня семейства, счел своим долгом в первую очередь рассказать мне о любимом аргентинцами и очень полезном напитке – мате – вдохновенно говорил он – питателен, богат витамином С, обладает тонизирующим действием. Еще индейцы гуарани считали, что этот напиток укрепляет организм, и принимали его в качестве лечебного средства. Аргентинские гаучо, которые употребляли в пищу исключительно мясо и мате, никогда не страдали авитаминозом...

"Падуб" – так называется субтропическое деревце, из листьев которого производят популярный продукт, – произрастает не только в северных аргентинских провинциях Коррьентес и Мисьонес, но и на юге Бразилии, и в Парагвае. Именно в Парагвае мате открыли для себя испанцы. Если судить по письменному источнику, в котором о нем содержится первое упоминание, то произошло это где-то в середине XVI века.

Одними из первых познакомились с индейским мате миссионеры-иезуиты, прибывшие в Южную Америку обращать аборигенов в христианство. Поначалу непривычный напиток вызвал у них отношение сугубо отрицательное. Пьющих мате преследовали, древний местный обычай обличали как "дьявольский предрассудок", внедренный "по сговору с сатаной и его явному наущению". Гонения продолжались до тех пор, пока иезуиты не захватили в свои руки всю торговлю им со всеми проистекающими отсюда солидными прибылями.

Иезуиты, помимо всего прочего, внесли великую путаницу в название нового для них зелья. Поскольку индейцы поставляли им мате в готовом к употреблению виде – высушенным и помолотым, – монахи решили, что это трава, а не листья. Некоторые из них приняли мате за одну из разновидностей чая из-за сходства вкуса и близости слов ("ча" – по-китайски, "ша" – по-португальски, "каа" – на гуарани). Заблуждения, как известно, очень живучи. Поэтому "травой" ("йерба") и "парагвайским чаем" ("те дель Парагуай") мате нередко именуют до сих пор.

Наконец, несмотря на то, что название "трава" пришло к испанцам от индейцев гуарани, само слово "мате" заимствовано из языка другой коренной американской народности – кечуа. И в этом тоже "заслуга" иезуитов. Дело в том, что соответствующее слово на гуарани, показавшееся им труднопроизносимым и неблагозвучным, было отвергнуто и заменено в обиходе другим.

В своем первозданном смысле "мате" означало просто "сосуд" или "стакан". С течением времени значение этого слова стало употребляться очень широко.

Тем временем продавец Хосе Морено выкладывал передо мной сосуды-тыквочки, увлеченно рассказывая о том, что мне было в общем-то уже известно. Но прервать его я просто не мог.

посуда для приготовления мате

Традиционная посуда для приготовления и потребления мате – это плоды лагенарии, которую еще называют бутылочной тыквой, так как "лагена" в переводе с латинского означает "бутылка".

Правда, впоследствии и сосуды для мате стали делать из самых разнообразных материалов: коровьего рога, кокосового ореха, фарфора, фаянса, дерева, пластмассы, железа, серебра и даже золота. Но золотые мате чрезвычайно редки. Серебряные же можно встретить не только в музеях, но и в антикварных лавках, и в домах. Среди них попадаются экземпляры, украшенные затейливыми орнаментами, изображениями птиц и зверей. Я видел, например, мате, сделанные в виде лебедя, южноамериканского страуса-нанду или креольской гитары. Часто мате снабжали колокольчиком или подставкой в виде колокольчика для того, чтобы вызывать служанку. Известна и другая разновидность "звучащего" мате – с музыкальной шкатулкой, играющей мелодии вальса, польки и популярной в Аргентине милонги.

Однако самым хорошим мате считается тот, который настоян в обычной тыквочке – ее пористая внутренняя стенка придает настою неповторимый вкусовой оттенок. Помимо тыквочки, обязательные атрибуты для питья мате – бомбилья и пава. Бомбилья, заменившая в колониальные времена примитивную тростинку, через которую всасывали напиток коренные обитатели Южной Америки, представляет собой металлическую трубку с дырчатым фильтром на нижнем конце. В ритуале мате она переходит из рук в руки подобно легендарной индейской трубке мира.

Этот обычай – пользоваться всем одной бомбильей – часто шокирует приезжающих в Аргентину иностранцев. Однако предпринимаемые ими попытки изменить давнюю традицию – как, например, это сделал один европеец, попробовавший ходить в гости с собственной бомбильей в кармане, – вызывает у местных жителей недоумение и обиду.

Зачастую бомбилья – маленькое произведение искусства. Особый интерес представляют "комплекты", то есть бомбилья и мате, изготовленные мастером-серебряником в едином стиле, с повторением тех же изобразительных мотивов. Таких "комплектов" сохранилось очень мало: бомбильи имеют обыкновение теряться или переходить от одного владельца мате к другому.

А пава – это металлический сосуд с носиком и ручкой, в котором нагревают воду для приготовления настоя. Он очень похож на обыкновенный чайник. Любопытно, что аргентинская "пава" – этимологический дуплет "павы" русской. Но на протяжении веков значения двух слов удивительным образом трансформировались. По-русски "пава" – самка павлина, в переносном смысле – женщина с горделивой осанкой и плавной походкой. По-испански же "пава" – индюшка, а в переносном смысле – нескладная, некрасивая женщина. По сходству с головой индюшки и назвали потомки индейцев незаменимый предмет своей домашней утвари...

– А вы умеете готовить мате? – вдруг спросил Хосе, строго взглянув на меня, и, не дожидаясь ответа, воскликнул: – О, это совсем непростое дело...

В каждой семье есть свои особые секреты приготовления напитка, свои передаваемые из поколения в поколение тонкости. Традиции употребления мате сохраняются и оберегаются прежде всего домашним очагом – ведь ни в каком городском ресторане или кафе его теперь не сыщешь. И чтобы привить детям этот обычай предков, в одном из музеев Буэнос-Айреса действуют специальные курсы, на которых школьников обучают "теории и практике" мате.

Напиток делают "сладким" или "горьким", то есть с сахаром или без. Считается, что "горький" мате – напиток гаучо, мужчины. Он также хорош для одинокого человека, поскольку располагает к размышлению. "Сладкий" же мате чаще пьют женщины и дети.

В споре между сторонниками двух видов мате весьма своеобразное компромиссное решение предложили выходцы из России, издавна обосновавшиеся на берегах Ла-Платы и Параны. Настой, который они готовили, был на сто процентов "горьким", и в то же время во рту всегда ощущалась приятная сладость. Дело в том, что русские согласно обычаям своей далекой Родины стали пить мате вприкуску...

Хосе Морено рекомендовал мне и другие рецепты: мате с лимонной, или апельсиновой корочкой; с мятой и другими пряностями; с молоком; с жженым сахаром; с кофе; с яичным желтком. А также "вареный" мате, который готовят и подают как чай.

Оказалось, что мате подразделяют по месту и времени его потребления. "Лежачим" мате называется тот, который пьют в постели, "стремянным" – который пьют сидя на лошади, перед тем как отправиться в путь, "гуляющим" – который пьют на ходу... Даже из такого краткого перечисления можно сделать вывод, что с мате аргентинец не расстается никогда, ни при каких обстоятельствах.

– По неписаному закону, – продолжал Хосе Морено, – первым должен попробовать мате тот, кто его приготовил. А затем сплюнуть через правое плечо, – он неожиданно рассмеялся и добавил: – Или через левое. Можно на обе стороны сразу – больше уверенности избежать злых чар...

Иногда в испанско-русских словарях встречается выражение "заваривать мате". Однако это не совсем точно. Заваривать – это значит заливать кипятком. А в большинстве способов приготовления мате используется горячая, близкая к точке кипения вода, но ни в коем случае не кипяток, потому что он сразу же извлекает из порошка все содержащиеся в нем вкусовые, ароматические и питательные элементы. В результате этого "травы" хватает всего на один раз. Но церемония питья мате состоит в том, чтобы всасывать напиток неспешно и постепенно, смакуя его. Два-три глотка – и добавляется вода из павы, еще два-три глотка – и вновь доливается жидкость. При этом мате каждый раз заново настаивается, постепенно раскрывая свой вкусовой "букет".

Хосе Морено сказал, что проверяют температуру воды, а следовательно, и степень ее готовности не на глаз, не на язык, а... на звук. Для этого пава на мгновение снимается с огня, и часть ее содержимого выплескивается на пол. Замечено, что чем резче и громче звук от удара падающей струи, тем горячее жидкость.

Итак, мате не рекомендуется заливать кипятком, но и холодным он быть тоже не должен, ведь тогда он не только невкусен, но имеет еще и обидный смысл. Ведь существует особый язык, мате – без слов, но на котором вполне можно объясниться. Так, когда девушка подает юноше пенистый и душистый мате – это значит, что она признается ему в любви. Если, мате очень горяч, столь же горяча ее страсть. Однако когда мате кипит, это выражение чувства противоположного – ненависти. Ну а холодный – означает презрение и безразличие...

На "языке мате" можно не только выражать отдельные чувства, но и "разговаривать" целыми фразами. К примеру, слишком сладкий мате имеет такой смысл: "Пора бы тебе поговорить с моими родителями!" Мате с апельсином – "Приходи ко мне!", с корицей – "Я думаю о тебе!", с патокой – "Мне неприятно, что ты такой грустный!"...

– Уверен, что лучшего сувенира вы не найдете, – с улыбкой закончил Хосе Морено. И он убедил меня. Мы с ним дружески распрощались. Но именно тогда я вспомнил слова моего знакомого муниципального советника из Сан-Лоренсо: – Мате сближает и объединяет людей. Есть верная примета: если его попробуешь, обязательно вернешься в дом, где тебя им угощали...

В. Резниченко, 10.08.08

Журнал "Вокруг Света": Мате (Май 1986)

Поделиться в соцсетях:
Напитки
стрелка

Все права защищены и охраняются законодательством РФ, © pensionerka.net Интернет-журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору за соблюдением законодательства в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Свидетельство о регистрации СМИ Эл № ФС77-50180 от 07 июня 2012 г.
Копирование материалов сайта запрещено.